КРЕМЛЕВСКАЯ ЗАУТРЕНЯ НА ПАСХУ А. Хомяков В безмолвии, под ризою ночною, Москва ждала; и час святой настал: И мощный звон промчался над землею, И воздух весь, гудя, затрепетал. Певучие серебряные громы Сказали весть святого торжества; И, слыша глас, ее душе знакомый, Подвиглася великая Москва. Все тот же он: ни нашего волненья, Ни мелочно-торжественных забот Не знает он, и, вестник искупленья, Он с высоты нам песнь одну поет — Победы песнь, песнь конченного плена. Мы слушаем; но как внимаем мы? Сгибаются ль упрямые колена? Смиряются ль кичливые умы? Откроем ли радушные объятья Для страждущих, для меньшей братьи всей? Хоть вспомним ли, что это слово — братья — Всех слов земных дороже и святей? 1850 г. ЖЕНЫ-МИРОНОСИЦЫ П. Соловьева Туман и заря над землей полусонной. По склонам три женщины шли И с маслом янтарным кувшин благовонный Ко Гробу Господню несли. Улыбкой светлеют суровые дали, Колючие травы в росе, И светы небес на земле засверкали В изгибной речной полосе. Ты первою шла и молитву шептала. В душе твоей страх и мечта. Заря разгоралась, заря обещала: «Сегодня увидишь Христа!» «Сквозь росные слезы, в туманах зари я Провижу день светлых чудес». Кремнистой тропою идешь ты, Мария. Колючие травы и скалы нагие Проснулись и шепчут: «Воскрес!» 1910 г.